scholast: (MeWallOfFaces)
За последние годы народная любовь к президенту неуклонно падала. Из бывшего когда-то героя-любовника он все более превращался в отвратного неуклюже молодящегося типа, не умеющего удержать ни одного из подбираемых ему образов. Весь его рейтинг был надут административно-унылым ботоксом, и он это прекрасно знал. Удержание власти требовало дальнейшего закручивания гаек, то есть превращения его самого из надоевшего позорного типа в типа все более страшного. Нетрудно догадаться, что такая перспектива его, мягко говоря, не грела. Но костер народной любви уже угас, и дров больше не было. Не было уже ничего, кроме вещей запретных--сухого хвороста Крыма, и, если уж на то пошло, угля всей Украины. Стоя перед выбором между превращением в пугающего монстра в глазах народа и всего мира, но, возможно, терпимого со страху теми и другими и превращением в народного героя в глазах заметной части российского населения и отпетого негодяя в глазах всего мира и меньшей части этого населения, он выбрал второе. При всем ужасе, этот выбор в своем роде рационален--тут добывается максимум любви ценой максимума негодования и предельного риска. Герой поляризует мир, приковывает все внимание к своей персоне, к смыслам дрожаний своего голоса и тайнам своих пауз. Он солирует на большой арене, вызывая восторги, негодования и страх. Герой вернул молодость--он больше не унылая и нелепая ботоксная кукла, но весь искрит грозными, восхищающими и поражающими молниями. Ставка в игре уже предельна--тут многое можно себе позволить, даже и откровенно безумными выходками себя побаловать--вроде невероятного пассажа о "женщинах и детях", вроде бессмысленно-наглой лжи в глаза о бронетранспортерах из военторга, вроде поигрываний "ядерной пылью" на фоне изображения гигантского гриба. Гулять так гулять!

Партнером, а лучше сказать--партнершей этого блистающего господина является соблазняемая им Русь, вечно страдающая от своего мнимого ничтожества, вечно рвущаяся в царицы морские, и гибнущая в этих порывах.  В своих вековых надрывах, особенно же надрыве прошлого века, Русь и истратила себя--а потому нынешний заход, на излете былой силы, столь уже карикатурен и трагикомичен. Трагизм разворачивающегося беззакония, оттеняемый перспективой "ядерной пыли", и пронизан тем гибельным восторгом на краю бездны, о котором мы знаем от Пушкина, Достоевского и Высоцкого, о чем напомнил недавно в этой именно связи Михаил Эпштейн.
scholast: PeetsCaffe (Navalny)
разом за его посадкой придало его харизме еще одну ценнейшую черту - избранника волшебных сил, героя-чудотворца. Те же волшебные силы нагляднейше выставили власть, руками которой это было исполнено, как власть бездарную и саморазрушительную. Таким образом, впервые за пост-советское время сложилась ситуация, подобная концу 80х: полная дискредитация власти, разрушение всех ее мифов, тошнота элит, появление харизматического лидера, воодушевляющего и сплачивающего все силы протеста.
scholast: PeetsCaffe (Navalny)
выводит его за пределы критики, полностью превращая в мифическую фигуру, окруженную ореолом восхищения и сострадания. Навальный на свободе - всего лишь один из лидеров протеста, атакуемый не только властью, но и рядом ее врагов. Навальный в заключении - святой, заработавший крест и принявший его. А это - поболе будет, чем даже и единоличный лидер протеста.
scholast: (clio)
Блаженный Августин, следуя Платону, утверждал что зло не только не имеет силы в самом себе, но и вообще его в самом последнем смысле нет - ибо оно есть лишь искажение добра, утрата гармонии. Ложь и правда несимметричны - ложь есть искажение правды, поэтому подразумевает правду как свое условие. Но обратное несправедливо - правда не есть искажение лжи, и вполне может без лжи существовать. Ложь есть корень зла, его бытийный исток. Поэтому обличение лжи, разоблачение ее - и есть путь победы над злом. Когда обличениями  юродивых диссидентов - казалось бы, обреченных на бессмысленные страдания или прямо гибель - были развеяны чары коммунистической лжи, империя зла испустила дух как-то сама по себе, на удивление многочисленным наукоидным экспертам. Не потому змей пал, что прилавки опустели - с прилавками-то как раз были не самые худшие времена - а потому, что чары змея были развеяны силой героев, в одиночку выходивших за правду, и принимавших мучения за нее. Никто из них не пострадал напрасно - каждое такое стояние стоило змею еще одной шкуры, еще одной головы. Шкур и голов у него было много, но все же конечное число - с годами змей становился стар, и новые головы на его поганом тулове уже не отрастали. Усилиями мудрецов и героев была отделена правда от лжи - и ложь вместе со своим материальным коррелятом, лишенные возможности паразитировать на правде, сдохли. Верно также и другое - что слуги змея, пошедшие в свое время на убой, тоже за дело страдали - их употребили не ради чуждого им, а ради их же собственного дела - ради укрепления дорогой им поганой лживой силы. Вот - одни погибали за правду, другие - за ложь, но всякий за свое дело. Разумеется, в царстве змея сплошь и рядом бывало, что люди сидели и гибли именно ни за что - попадали под поганые лапы по воле случая или по неосторожности. Но подлинные герои получали свое за дело. Очень глупо говорить, что Сахаров, например, или Синявский, или Бродский были наказаны несправедливо и ни за что - столь же нелепо, как сетовать на лернейскую гидру, несправедливо и ни за что уязвившую ни в чем не виноватого Геракла. Ну и отважные девы, получившие вчера срок - получили его, разумеется, за дело. Дело свое они нашли и выполнили с поразительной точностью. Два же года вместо трех, семи или, скажем, пятнадцати (а почему нет?), девы получили не по причине остатков каких-либо законов в царстве змея, или реликтов справедливости твари, а благодаря тому, что они оказались не одни, и змей слегка поджал хвост. Судя же по весьма странному и духовно содержательному течению всего дела и по беспрецедентному всепланетному масштабу поддержки героинь, их молитва была услышана той, к кому они обращались.

Мне кажется это наиболее разумным объяснением происходящей на наших глазах фантастической истории.   
scholast: (clio)
По-моему, самым интересным политическим комментатором на сегодня является путинец-расстрига Глеб Павловский. Уникальное сочетание ума и инсайда. Вот цитата из его последних сообщений на Эхе:

Э.ГЕВОРКЯН: Обыскать квартиру Собчак – по-моему, очень очевидный шаг. 

Г.ПАВЛОВСКИЙ: А что здесь очевидного? Это шаг безумный, потому что он, конечно, заставил вздрогнуть как раз именно близкий круг, ближний круг Владимира Владимировича, понимаете, тех, кто был уверен, что их не тронут. А теперь они не понимают, они не знают, что именно их ждет. То есть он ударил еще и по ближним. Но, опять-таки, не до конца. То есть сегодня Кремль занимается тем, что слегка ранит всех, разные группы, малые и большие, отдельных людей. И так постепенно расширяет круг тех, кто ранен, но не убит. А дальше он видит, что эта волна растет, значит, видимо, враги еще сильнее, чем он думал, значит, надо найти еще более важного врага, которого он не заметил, проглядел. И в конце концов, это кончается плохо. 

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, вот, вы говорите об обольщении, а в то же время ну а как же... Ну я не знаю, вот если уж не слово «единомышленники», а доверие, друзья? 

Г.ПАВЛОВСКИЙ: Ноль, зеро. Доверие на уровне зеро. 

Э.ГЕВОРКЯН: Что, не может быть друзей, на которых можно положиться? 

Г.ПАВЛОВСКИЙ: Может быть. Нет, может быть, но его нет, понимаете? Могло бы быть... 

Э.ГЕВОРКЯН: Путин и Медведев наверняка там... 

Г.ПАВЛОВСКИЙ: ... Доверие могло быть там, но теперь его нет. Причем, нет с двух сторон, что особенно опасно. Вот те, кто жил в эпоху «Холодной войны», хорошо помнят, что это был такой механизм взаимного взвода. Ты не доверяешь другому – ты что-то придумал, что он, наверное, против тебя готовит. Ты начинаешь готовиться к защите, а он смотрит на то, что ты делаешь, и думает «А! Так, они готовят бросок на нас! Вот, с какой неожиданной стороны». И, понимаете, так они заводят и заводят друг друга. Это делает их, в общем, неспособными к восприятию реальности. 

[конец цитаты]

Мда... сценарий разворачивается строго по Ксенофонту. Что ж, классика вечна - но может быть, когда-то наша голова победит-таки эти грабли. 


PS
Небольшой диалог Ксенофонта "Гиерон или слово о тирании" полностью приведен в книге Лео Штрауса "О тирании" (1991), посвященной размышлению над этим диалогом, и включающей также переписку с Александром Кожеве (Кожевниковым). Книгу же можно найти, например, здесь

Profile

scholast: PeetsCaffe (Default)
scholast

January 2017

S M T W T F S
1234567
89 1011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 09:16 pm
Powered by Dreamwidth Studios